Третья история из спецпроекта «Имена революции» посвящена человеку, именем которого названа улица в Северном микрорайоне Воронежа —  Владимиру Антонову-Овсеенко.

Улица на окраине Северного района Воронежа с длинным названием — Антонова-Овсеенко известна практически всем горожанам, особенно автомобилистам, тем более сейчас там проблемы с ремонтом, а значит, пробки. И мало кто знает, какая непростая биография была у владельца этой фамилии.

Владимир Александрович Антонов-Овсеенко (настоящая фамилия — Овсеенко, партийная кличка — Штык; 1883 — 1938) родился в Чернигове в дворянской семье поручика, дослужившегося до капитана. Как писал сам: «Я в семнадцатилетнем возрасте порвал с родителями, ибо они были люди старых, царских взглядов, знать их больше не хотел. Связи по крови ничего не стоят, если нет иных». Закончив кадетский корпус в Воронеже в 1901 году, он поступил в Николаевское военно-инженерное училище, из которого был исключён за отказ принимать присягу. Поработав кучером, чернорабочим, Овсеенко поступил в Санкт-Петербургское пехотное юнкерское училище, где присягу всё-таки принял. Однако верность ей молодой офицер сохранять не стал: во время русско-японской войны дезертировал из своей части и занялся подрывной работой. Неоднократно арестовывался, но всякий раз ему удавалось выйти сухим из воды.

Например, в июне 1905 он был арестован в Кронштадте под чужой фамилией, в октябре выпущен по амнистии, в апреле 1906-го снова арестован в Москве, но бежал из полицейского участка. В июне арестован в Севастополе, при аресте оказал вооружённое сопротивление. Через год бежал вместе с двадцатью другими заключёнными после взрыва тюремной стены. Осуществлял революционную пропаганду среди матросов царской яхты «Штандарт», организовал в Москве антиправительственный «Клуб разумных развлечений». Арестован на съезде фабричных врачей, но выпущен через три дня и т. д. Как один из организаторов военных мятежей в Польше и Севастополе он был приговорён к смертной казни, заменённой двадцатью годами каторги, но бежал и жил с 1910 г. в эмиграции во Франции, примкнув к меньшевикам. В июле 1917 по амнистии Временного правительства вернулся в Россию, где быстро выдвинулся в первые ряды уже большевиков.

Наиболее ярко его таланты проявились в октябрьские дни 1917-го. Он сыграл важную роль в большевицком перевороте, организовав захват Зимнего дворца. Именно он арестовал членов Временного правительства. По личному указанию Сталина, ревниво относившегося к созданию своего революционного имиджа, из поэмы «Хорошо» были выброшены следующие строки В.В. Маяковского: «И один / из ворвавшихся, / пенснишки тронув, / объявил, / как о чём-то простом / и несложном: / — Я, / председатель Реввоенсовета / Антонов, / Временное / правительство / объявляю низложенным». На II Всероссийском съезде Советов 26 октября 1917 года Антонов-Овсеенко доложил депутатам о заключении в Петропавловскую крепость министров Временного правительства. Его самого 28 октября арестовали юнкера. Десятки юнкеров к тому времени были растерзаны на улицах его подручными. Однако он не только не был расстрелян, но на следующий день освобождён при посредничестве американского журналиста А. Вильямса.

Антонов-Овсеенко вошёл в первое коммунистическое правительство — Совет народных комиссаров. С декабря 1917 г. он занимал крупные командные посты в Красной армии. В сентябре 1918-го — мае 1919-го был членом Реввоенсовета РСФСР. Его подчинённые широко применяли расстрелы заложников и массовые репрессии против «классовых врагов». В апреле 1919 г. Овсеенко назначили председателем Тамбовского губисполкома. Его бесчеловечная политика при проведении продразвёрстки, когда забиралось всё зерно подчистую, довела крестьян губернии до отчаяния, и в августе 1920 г. они восстали во главе с Колесниковым и Антоновым.

В 1921 г. Овсеенко стал председателем Полномочной комиссии ВЦИК по борьбе с восстаниями. Вместе с Тухачевским он разработал меры по истреблению непокорных крестьян: семьи восставших (вплоть до грудных детей) брались в заложники и отправлялись в концлагеря; за укрытие повстанцев или их близких расстреливался старший в укрывшей семье; согласно особому приказу расстреливался всякий, кто отказался назвать своё имя. Число жертв красных карателей в Тамбовской губернии огромно. В 1989 году опубликованы документы, которые свидетельствуют о том, что предложение применить против тамбовских повстанцев боевые отравляющие вещества исходило от Полномочной комиссии ВЦИК, которую возглавлял В.А. Антонов-Овсеенко. В 1920 году у него родился сын Антон — в будущем известный российский историк и публицист.

Позже, активно выступая против усиления власти Сталина, он поддержал Льва Троцкого и примкнул к левой оппозиции. 27 декабря 1923 года направил в Политбюро письмо с предупреждением, что «если тронут Троцкого, то вся Красная Армия встанет на защиту» и что армия сможет «призвать к порядку зарвавшихся вождей». В это время ходили слухи о возможности военного переворота. 17 января 1924 года Антонов-Овсеенко был снят с должности.
В дальнейшем Антонов-Овсеенко был переведён на дипломатическую работу: в 1920-е годы служил советским полпредом в Чехословакии, Литве, Польше. С 1934 г. он прокурор РСФСР. В этой должности Овсеенко способствовал установлению практики вынесения приговоров «по пролетарской необходимости». Во время гражданской войны в Испании (1936 — 1937) занимал пост генерального консула в Барселоне: через этот город проходило большинство военных грузов из СССР для испанских коммунистических формирований. Оказал большую помощь республиканским войскам как военный советник. Оттуда Овсеенко был отозван в Москву, арестован и расстрелян по обвинению в троцкизме. В 1956 г. он был реабилитирован.

Елена УСТИНОВА.

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.